19 января 2017 — Город
Личный опыт: Как меня признали экстремисткой во Владивостоке
История о вышивке крестиком, нацистских символах и запрещенной книге

Текст: Дарья Миколайчук
Фото: Ксения Рябова

Фрунзенский суд Владивостока в марте 2016 года вынес постановление: признать вышивку Вероники Родины экстремистской. Девушка получила штраф за административное нарушение по статье «За пропаганду и публичное демонстрирование нацистской символики». 29-летняя Вероника Родина работает певчей в церковном хоре, вышивает крестиком и замужем за балалаечником. «Вл3000» поговорил с ней о ситуации и выяснил подробности дела.

Что было до суда

В свободное время я вышиваю крестиком, у меня есть мастерская славянской вышивки «Смородина». Продаю изделия на маркетах, а однажды решила встретить с ними лайнер. Как раз 18 марта во Владивосток прибывало очередное судно с немцами, которое я ждала на берегу с вышивками.

Сначала туристов увезли на автобусе, они весь день катались по городу, а вечером они вернулись и стали буквально сгребать товар. Говорили, что в городе мало по-настоящему русских сувениров.

Торговля шла хорошо, пока ко мне не подошел человек в штатском: «Пройдемте в отделение». Рядом стояли его помощники и смеялись, поэтому думала, что это шутка какая-то. Но он сказал, что женщина, пожелавшая остаться неизвестной, пожаловалась, что здесь торгуют нацистской символикой. Что, простите? Нервно смеюсь.

Вероника Родина «Смородина» (6)

Приходим, оказывается, все серьезно — досматривают вещи, понятые что-то подписывают. Затем допрашивают меня. Какая у меня религия? В какую церковь я хожу? Не состою ли в украинской диаспоре? Есть ли еще люди в городе, занимающиеся подобным делом? Звонить разрешали только в их присутствии. Я вроде имела право на бесплатную юридическую помощь, но адвоката никто не предоставлял.

Потом следователь изъял вещи, которые, по его мнению, подходят под статью: игрушечного мишку, носовой платок, игольницы. Мне сказали написать, что я раскаиваюсь, чтобы был минимальный штраф. Расписалась о неразглашении данных до суда. В отделении я пробыла пять часов. 

Вероника Родина «Смородина» (3)

Через неделю мне позвонили и сказали, что экспертиза готова. Заключение делала преподаватель ВГУЭС Надежда Олешкевич. Ее квалификация — «Филолог, преподаватель русского языка и литературы», кандидат философских наук с дополнительным образованием «Социальная психология». 

Эксперт предположила, что мои изделия имеют сходство с символикой неоязыческих организаций. Исследование было сделано на основе сходства символов с содержанием запрещенной книги «Славяно-арийские веды», ее омский суд признал экстремистской. Я ни разу в руках не держала эту книгу, все узоры брала из интернета.

Из заключения: «В материалах есть символы, сходные с нацистской символикой до степени смешения, и символика церкви православных староверов-инглингов, которая запрещена. Сувенирная продукция является средством рекламы и пропаганды».

Вероника Родина «Смородина» (7)

Позже я узнала, что можно было оспорить экспертизу, сославшись на недостаточную квалификацию эксперта. Мое дело связано со славянской культурой, а это — к культурологам и искусствоведам. Но тогда я не знала, что делать.

На суде все очень быстро решили. Меня предупредили — судья «наша» и быстренько все сделает. Ей я сказала, что запрещенные книги не использовала, а информацию брала на сайтах. И что у меня не было мотива пропагандировать символы в нацистском смысле, я дизайнер, у меня двое детей. Минут двадцать судья принимала решение. Потом меня признали виновной и установили минимальный штраф в тысячу рублей, потому что я — неработающая мать. Так я стала «экстремисткой».

Что было после суда

Я потом приходила в суд забирать вещдоки. Там сидел парень в наушниках. Он в этом суде практику проходил, если я правильно поняла. Его тоже недавно оштрафовали. У него в плейлисте в соцсетях была песня из списка запрещенных.

Пока шло судебное разбирательство, постоянно в голове крутилось: как же обидно. Я говорю про славянскую культуру, а не про нацизм. Конечно, могла оспорить решение суда, но это требовало денег. 

Вероника Родина «Смородина» (4)

Моя ошибка была в том, что я использовала много источников, а в них намешана правда с ложью. Из-за этого непроизвольно идешь не по тому пути. Это как будто идешь в продуктовый магазин за хлебом, а по пути берешь помидоры, колбасу и макароны. Часть из того, что я вышивала, действительно является подлинно русским, но эти узоры никак не называются, нет сохранившихся фактов по этом поводу. А часть символов — новодел. Надо всегда опираться на этнографические источники и книги, сохранять ссылки на всякий случай. Этому я научилась на своих ошибках.

После суда я написала о своем случае в интернете. Мне ответил мужчина из другого конца страны, там очень похожая история. Я раньше думала, что одна такая. Как будто одна в лесу, остается только закрыть глаза и положиться на случай. На самом деле, таких историй много, и можно искать поддержку.

Главное, чтобы это были адекватные люди. Я искала исследователей, которые изучают славянские символы, с научной точки зрения. Нашла таких в русском музее народоведения. В процессе натыкалась в интернете на странных ребят, почти сектантов. Обращаешься, а тебе — про идолов и жертвоприношения.

Вероника Родина «Смородина» (10)

Мне обидно за то, что не могу использовать славянские символы в России, потому что какой-то тиран их когда-то присвоил. Мне нужно контролировать каждый шаг, выяснять происхождение каждого узора на вышивке. Сейчас, если люди просят похожие узоры, максимум, что можно использовать, — восьмиконечные кресты, потому что они есть на рубахах 19 века. Если нет заказов, я их стараюсь избегать. Элементы, напоминающие нацистские, есть во многих русских орнаментах. Мне приходится себя контролировать и выкидывать их, заменять другими.

И я чувствую, что за мной следят. Это действительно так. Следователь сказал, что будет периодически мониторить мои соцсети.

Пять случаев из Приморья, связанных с экстремизмом

  • Во Владивостоке была признана экстремистской книга художника и публициста Ильи Фальковского и журналиста Александра Литого. Экспертизу делала Надежда Олешкевич. Ее заключение не устроило адвоката авторов, и он подал ходатайство о проведении независимой экспертизы. В 2015 году суд второй инстанции решение первого не изменил.
  • В 2009 году Александра Комарова осудили за распространение статей о скинхедах. Суд приговорил его к двум годам лишения свободы условно.
  • К двум с половиной годам в исправительной колонии строгого режима приговорили жителя Фокино. Он размещал в соцсетях материалы с призывом к мусульманам встать на сторону джихада.
  • Художников из Concrete Jungle проверяли на экстремизм за работу «Земляне, объединяйтесь». Граффити на кирпичной стене во Владивостоке просуществовало почти два месяца. Его закрасили черной краской.
  • В декабре 2016 года во Владивостоке под домашний арест был заключен преподаватель английского языка. Его обвиняют в преступлении экстремистской направленности — во время игры в волейбол он употребил оскорбительные слова в адрес русских.
  • Stanis Ruff

    еще у нас был экстремист Бутусин

Новые материалы